Главная проблема геополитики: быть ли России?

 

Региональное отделение Всероссийского созидательного движения «Русский лад» провело в Иркутске заседание «круглого стола» на тему: «Россия между Западом и Востоком: проблемы геополитики». В обсуждении темы участвовали: аспирант БГУЭП К.С. Карелина, политолог В.А. Напартэ, инструктор обкома КПРФ П.П. Петухов, доктор экономических наук, профессор БГУЭП В.Ю. Рогов, кандидат философских наук Г.В. Сурдин, доктор философских наук, профессор БГУЭП В.А. Туев, комиссар регионального отделения Евразийского союза молодёжи М.О. Учитель. Обсуждение вёл собственный корреспондент «Правды» по Восточной Сибири, председатель совета Иркутского регионального отделения Всероссийского созидательного движения «Русский лад» В.Л. Смирнов.
В. Смирнов: Предложенная для обсуждения тема имеет давнюю историю. С кем быть России – с Западом или с Востоком? Ответ на этот вопрос зависит от самооценки: а кто мы – Запад или Восток? Может быть, Россия – это некий конгломерат Запада и Востока? А может быть, мы являемся самобытной цивилизацией? Лично я глубоко убеждён, что Русь – это действительно самобытная цивилизация. Но разве мы за последние 25 лет видим в своей стране уважение власти к самобытности? Разве некогда великой Державе антинародная власть не навязала жалкий статус обезьяньего копирования чужих образцов во всех сферах жизни в качестве способа её «реформирования»? А если Россия утратила (или стремительно утрачивает) и свою самобытность, и свою былую мощь, то осталась ли наша страна субъектом геополитики?
В. Туев: Если взять общецивилизационный план, то отношения между Востоком и Россией, между Западом и Россией – это стержень мировой геополитики. Эти проблемы проходят красной нитью через всю историю нашей страны. Россия как государство сложилась в эпоху Киевской Руси. После татаро-монгольского нашествия и разгрома древнерусского государства русские племена были оттеснены на север. На исходе татаро-монгольского господства возникло Московское государство. С цивилизационной точки зрения это государственность той же русской народности, но с точки зрения геополитической это совсем другое государство, не имеющее отношения к Киевской Руси. Понадобилось много столетий, чтобы мы смогли вернуться на наши южные земли.
Тогда же была задана парадигма цивилизационного развития России. Я имею в виду Александра Невского и его формулу: «Союз с Востоком, война с Западом». С той поры прошло почти восемьсот лет. Это направление стало господствующим в нашей геополитике, оно не менялось все последующие столетия, поскольку угроза с Востока была ослаблена после татаро-монгольского нашествия, а потом и полностью ликвидирована. Всё в дальнейшем свелось к противостоянию Россия – Запад. Конечно, экспансия Запада распространялась не только на Россию, но все остальные страны и континенты подчинились тогда европейской цивилизации. Все, кроме России. Наша страна сумела отстоять свою независимость. Мы выстояли и утвердились в качестве самостоятельной, особой цивилизации.
Если обратиться к истории недавней, то в начале ХХ века Россия постепенно сдавала свои экономические позиции: европейский капитал активно внедрялся в сырьевые отрасли нашей экономики. В геополитическом смысле проявлялись те же тенденции: еще в XIX веке Россия потерпела поражение в крымской войне, а в ХХ веке – в войне с Японией. То есть, страна все больше проигрывала и в геополитическом отношении, сдавала свои позиции.
Вторую мировую войну можно рассматривать по сути дела как войну западной цивилизации против России. Людей часто сбивает с толку то, что у нас были союзники в лице Англии и США. Не будем заблуждаться: это были такие «союзники», которых ни в коем случае нельзя назвать друзьями, ибо их задача заключалась в том, чтобы… сокрушить Россию. Рузвельт говорил незадолго до начала войны: если нападёт Германия, мы будем помогать Сталину, а если нападёт СССР, будем помогать Гитлеру. Для них было важно максимально ослабить Германию, а Россию как геополитическое образование – ликвидировать. Этим и объясняется затяжка с открытием второго фронта: они не хотели нам помогать, но и не хотели, чтобы мы окончательно были сломлены Германией. И только тогда, когда они убедились, что мы без их помощи победим Гитлера и тем самым распространим свое влияние на европейские страны, они открыли второй фронт.
После расчленения Советского Союза Россия снова стала холодной северной страной. Россия сегодня – единственная крупная держава, большая часть территории которой расположена в приполярных широтах. Нас вновь, как во времена татаро-монгольского нашествия, оттеснили на север. Только на этот раз руками доморощенных западников. И в этих условиях нам уже двадцать лет навязывают «свободную» конкуренцию с Западом. Но можно ли конкурировать, находясь в экстремально суровых природно-климатических условиях?
Вместе с тем, мы все еще остаемся одной из крупнейших держав мира. Мы и сегодня располагаем одной третью всех мировых природных ресурсов. Уже по этой причине противостояние с Западом будет продолжено: мы будем и дальше объектом экспансионистских устремлений со стороны западной цивилизации.
В. Смирнов: Позвольте сразу выступить в роли оппонента, Василий Афанасьевич. Когда-то отношения нашей страны с Западом действительно были стержнем геополитики. Это было и при царизме, и при Советской власти. Но в конце ХХ века Россия в геополитическом смысле превращена властью буржуев в заурядную региональную державу, сегодня она фактически является всего-навсего колонией того самого Запада. Россия политикой Ельцина и Путина напрочь выведена из числа глобальных сил, определяющих ход мировых процессов.
В. Туев: Это так, Вячеслав Леонидович, однако Россия и в таком положении неприемлема для Запада. Его целью является ликвидация России как геополитического образования, раздробление её на мелкие осколки с марионеточными режимами. Но нас по сей день охраняет советский ракетно-ядерный щит. Не надо забывать также, что сохранилась великая русская культура, несущая в себе цивилизационный код, окрепшая в советские времена и служащая духовным стержнем целостности России. Все это – серьезные предпосылки её возрождения в качестве ведущей мировой державы.
М. Учитель: Распад СССР имел катастрофические последствия не только для нашей цивилизации, он подорвал мировой баланс сил. Сейчас осталась одна сила, это – США, возник однополярный мир. Холодная война длилась сорок лет с огромными затратами. Мы как проигравшая сторона платим победителям дань: наша территория оккупирована, наш Центробанк встроен в мировую валютную систему, у нас нет своего крупного национального бизнеса, поскольку он контролируется Западом. Капиталы хранятся на Западе, ежегодно из России вывозится около двухсот миллиардов долларов – это самая настоящая дань. Международные договоры приоритетнее законов и конституции государства. Поэтому Россия в геополитическом плане более не является суверенным государством.
В. Напартэ: Для западной идеологии всегда было так: Восток – это то, что не Запад и то, что, безусловно, плохо. Восток – это модель зла, против которой выступает Запад как носитель неких высших цивилизационных ценностей. Так Западу удобнее оправдывать свои притязания на мировое господство. Наши проблемы связаны с тем, что мы некритически принимаем эту формулу. Мы начинаем искать себя то ли на Западе, то ли на Востоке, не задумываясь, а существует ли вообще это противостояние.
Г. Сурдин: В нашей стране выбор между Западом и Востоком стоит предельно остро. Какой путь выбрать: с Западом, с Востоком, или существует какой-то третий путь? Сегодня «в чистом виде» нет ни цивилизации Запада, ни цивилизации Востока. Восточным странам приходится выбирать в том или ином смысле западный путь. Гораздо интереснее становится приверженность к тем или иным цивилизационным центрам.
В России сформировалась новая генерация западников, которые вообще не чета западникам XIX века. Нынешнее западничество – это на сто процентов смердяковщина, представленная людьми, которые ненавидят нашу страну. Они подмечают в России лишь негатив, и все это приписывают исключительно нашим «национальным» особенностям. Если западный либерализм строится на любви к своей родине, то в России он опирается на любовь… к Западу.
Нам сегодня внушают, дескать, мы – периферия западного мира. Но геополитика, опирающаяся на идею «вхождения России в мировую цивилизацию», с неизбежностью приведет к ликвидации нашей государственной самостоятельности. Я уверен, что мы вслед за Александром Невским должны сделать выбор: совместно с Востоком – против экспансии Запада. Нам есть чему поучиться у восточной цивилизации, которая опирается преимущественно на духовно-культурное основание, в то время как Запад идет по пути прогресса материальной культуры. Западный путь ведет в исторические тупики – духовный, экологический, антропологический, экзистенциальный и т. д. Нужна мобилизация прежде всего нашего духовного потенциала как основы нашей цивилизационной и государственной самостоятельности.
П. Петухов: Запад надо рассматривать исторически: есть романо-германская католическая цивилизация, а есть Запад – порождение нового времени, великих географических открытий, колониальной экспансии, центр мировой системы капитализма. Соответственно все остальные страны являются периферией этой системы.
Реформы Петра I – это попытка догоняющей модернизации, попытка противостоять экспансии Запада. 20-е и 30-е годы прошлого века стали успешными в этом отношении – была создана великая индустриальная держава. Социалистическая революция в России – это борьба с Западом его же оружием: использование западной идеологии (марксизма) для избавления от гнёта мировой системы капитализма.
Геополитика теснейшим образом связана с идеологией. Нам сегодня нужна такая идеология, которая способна объединить наш народ в противостоянии экспансионистской политике Запада.
В. Рогов: Когда мы говорим о Западе, надо конкретно говорить об англо-саксонской цивилизации. Эта предпринимательско-торгашеская культура разложила многие страны Запада, в том числе и Германию, и Францию, ставшие космополитическими. Дух наживы во многих странах игнорирует их цивилизационную самобытность, подпитывает универсальную молодёжную культуру и все безобразия в СМИ.
Именно англосаксы развязали две мировые войны, подтолкнули Гитлера к войне против СССР. Кто наш идеологический и цивилизационный противник? Надо прямо говорить: англо-саксонская цивилизация, для которой не важно, где произведён товар, важна торгово-посредническая деятельность.
Механизмом, разрушающим нашу самобытность, становится ВТО. Ради наживы транснациональных компаний из стран вытягиваются самые эффективные ресурсы. Вскрытие национальных границ – это метод экономического империализма. Что можно этому противопоставить? Без идеологии такая задача становится нерешаемой. Нам необходимо конструировать новое государство, подчёркивая роль русского народа как государствообразующего.
Значение Востока как средоточия традиций антиколониального движения должно быть нами воспринято, и методы этого движения должны быть нами усвоены: например, гандизм, ненасильственное сопротивление.
Что касается экономики, мы можем получать технологии и на Западе, и на Востоке. Ведь накануне Великой Отечественной войны мы многие заводы купили у той же Германии, а затем побили её продукцией, изготовленной на этих заводах. Можно использовать очень выгодное геополитическое расположение России для её подъёма: создание транспортного конвейера Находка – Роттердам принесло бы появление 6 миллионов новых рабочих мест.
В. Смирнов: В самом деле, существует много замечательных проектов, которые могли бы принести России ощутимую пользу. Но нет смысла обсуждать их при правительстве национального предательства.
В. Рогов: Поэтому я и говорю, что экономику страны можно возродить только в принципиально ином государстве. Следует понять, что государство возникает на основе некой идеи (идеала, смысла, проекта), которые объединяет вокруг себя соответствующий коллектив народов. Насколько сильная идея, настолько и велика страна в геополитическом отношении. Эволюция государства как геополитического образования – это эволюция его «национальной идеи». Диалектика проблемы состоит в том, что и само геополитическое положение (нынешнее и предпочтительное) является предпосылкой этой самой «национальной идеи».
В. Смирнов: При обсуждении проблем геополитики неизбежно возникает вопрос о роли КНР. По экономическому могуществу Китай стал второй в мире державой. Его стремительное развитие, конечно же, является очередным свидетельством огромных преимуществ планового ведения хозяйства перед рыночной стихией. Но разве мы не видим потенциальную угрозу со стороны южного соседа? Мы не оцениваем возможность разрешения серьёзных противоречий Китая – нехватка ресурсов, дефицит энергии, перенаселение территории – за счёт России?
В. Рогов: По мнению аналитиков, основной интерес Китая на южном направлении – во Вьетнаме и Таиланде. Сибирь – это источник ресурсов и закрытие тыла от нападения с запада. Что касается военной возможности захватить Сибирь и Дальний Восток, то для Китая это не представляет никакой сложности. Продвижение их танковых колонн со скоростью 1000 километров в неделю сегодня вполне – реально. В советское время была решена задача защиты танкоопасных направлений с юга. При нынешней власти все три линии укрепрайонов демонтированы: не осталось ни наших танков, ни инженерных сооружений. А для переброски туда необходимых сил и средств из европейской части России и с Урала понадобится несколько месяцев. Такое время погранвойска продержаться не могут.
К. Карелина: Почему нынешняя Россия обречена на роль сырьевого придатка Запада? Причины этого заключены в структурной разбалансированности экономики. У нас из-за острейших демографических проблем и разрушенной обрабатывающей промышленности – низкий внутренний спрос на товары. Даже если бы мы стали производить из нашего сырья продукцию для внутреннего потребления, то население не смогло бы приобрести её.
Что мешает, помимо демографии, поднять внутренний спрос? Наша огромная территория не обеспечена сетью автодорог. Пока ситуация с дорогами не улучшится, говорить о строительстве заводов по переработке сырья рановато. Необходимо интенсивное развитие всей инфраструктуры. И это только часть проблем, которые не могут быть разрешены при сохранении нынешней экономической политики государства.
В. Смирнов: Демографические проблемы не посланы нам природой Земли или космосом. Эти проблемы созданы антинародной властью. Давайте сравним сталинскую внутреннюю политику и политику ельцинистов – путинистов. При Сталине в 1950 и 1951 годах общий коэффициент смертности (количество смертей на каждую 1000 жителей) в нашей стране составил 9,7, в 1952-м – 9,4 и в 1953 году – 9,1. В середине 90-х годов под «мудрым» руководством Ельцина он вырос до 15, а к 2003 году, при мистере Путине, – до 16,4. То есть, при Сталине из каждой тысячи жителей умирали 9 человек, при Путине – свыше 16.
«По плодам их узнаете их», – сказал Иисус Христос в Нагорной проповеди. Если мы будем следовать учению Христа, а не заветам Сванидзе, Млечина, Познера и Пивоварова, то мы должны признать: Сталин осуществлял политику народосбережения, а власть «демократов» и «либералов» – политику зачистки территории России от не нужного ей народа.
В. Туев: Для того, чтобы геополитические проблемы России были решены, чтобы она окончательно не потеряла самостоятельность (а страна на пути к этому), должна измениться природа государства. Разговоры с молодыми людьми приводят к мысли о том, что они не хотят жить так, как сегодня. Примерно половина из них хотела бы вернуть порядки, которые были при Советской власти. То есть мы находимся в состоянии неустойчивого равновесия. Многие, отторгая сегодняшние общественные порядки, плохо представляют, к чему надо идти? Это поле идеологии. В конечном счёте, идеология – это теоретическое выражение системы ценностей, которые исповедуются народом. Для нашей страны идеология – это дело первейшее. Это не изобретение советского государства, а очень глубокая традиция. Задача сил, заботящихся о судьбе народа, заключается в том, чтобы утверждать приоритет наших ценностей разными средствами.
Если правящий слой считает, что в нашей истории нет вообще ничего ценного, то при этом просто не может быть самостоятельной России. В послевоенные годы Сталин был озабочен этим: вспомним хотя бы борьбу с космополитизмом. Академик Капица говорил: «Если бы Сталин эту кампанию не провёл, мы не стали бы пионерами в освоении космических высей». Нам надо утверждать национальное достоинство, утверждать нашу идеологию в качестве государственной – это путь к решению проблемы будущего России как самостоятельного политического образования.
В. Рогов: По оценкам многих экспертов, Запад вошёл в стадию упадка. Можно отыскать многие аналогии с Римской империей: снижение интереса к производительному труду, обесценение валют, экспансия в другие страны за добычей и ответная волна варваров, рост потребительства, разложение нравственности, отсутствие позитивной идеологии. Ориентироваться на то, что разлагается, крайне ошибочно. Россия является самостоятельной цивилизацией со своей самобытностью.
В. Напартэ: Но мы из европейской культуры. Её внедрил Петр I, а Советская власть сделала её массовой. Мы поэтому уже не можем повернуться спиной к Западу.
Г. Сурдин: Не могу согласиться, что мы европейцы. У нас – иной менталитет, специфически российский образ жизни, другие бытовые предпочтения. Лично я не пью кофе, не нужна мне их плетёная мебель, – эти атрибуты не являются для меня святыми. Но я склонен видеть в нашей молодёжи людей постиндустриального типа, обеспокоенных завтрашними возможностями потребления. Их жизненное кредо: как можно больше потреблять и как можно меньше трудиться. Для человека такого типа проблемы идеологии отступают даже не на второй, а на десятый план. Призыв к новой идеологии, ориентированной на духовность, вряд ли будет воспринят современной молодежью.
В. Рогов: Из нашей беды – агрессивного проникновения западной культуры – можно извлечь выгоду. Мы не видим себя в отрыве от государства. Любой вопрос о будущем переходит в вопрос: как нам обустроить Россию. Чтобы создать национальный рынок такой ёмкости, который позволял бы работать на внутреннее потребление, нужно население в 200 миллионов человек и выше. Сегодня у нас нет такого населения, поэтому не интегрируясь с другими странами – с Украиной, Белоруссией, Казахстаном и другими – нам эту задачу не решить.
П. Петухов: От проблем идеологии мы никуда не уйдём. Патриотическая антизападная идеология, на основе которой Россия может выработать свою самостоятельность, это идеология левая, социалистическая. Кстати, к социализму можно прийти не только слева, но и справа – через идеи славянофилов или евразийцев. Основоположники евразийства говорили о том, что идеократическое государство с неизбежностью будет социалистическим, потому что мы должны обезопасить себя от произвола частного капитала. Этот капитал по природе своей – вненационален, стремится туда, где больше прибыль.
Нам нужна модель государства-семьи, а не государства-рынка. Цель действий – не получение прибыли за счёт обмена и обмана, за счёт эксплуатации человека, а распределение благ по потребностям. Мы должны стремиться именно к этой модели, иначе не выживем.
В. Рогов: Запад сам себя уничтожает. Если мы взглянем на факторы производства, то увидим, что капитал, технологии перетекают на Восток. Производственная база Запада уже подорвана. Финансовая система держится на военной силе США. Мы можем пригласить европейские (шире – христианские) народы заселять Сибирь и Дальний Восток. Это заселение смогло бы предотвратить неизбежную экспансию народов Востока на наши земли.
В. Смирнов: Мы могли бы много чего сделать и в Сибири, и на Дальнем Востоке, да и во всей России, но мы – народ – не являемся хозяевами страны. Как тут не вспомнить выступление великого русского классика Валентина Распутина 9 марта 2005 года на IX Всемирном русском народном соборе? Его оценка сути происходящего в России верна, к сожалению, и в наши дни: «Сегодня мы живем в оккупированной стране, в этом не может быть никакого сомнения. То, чего врагам нашего Отечества не удавалось добиться на полях сражений, предательски содеялось под видом демократических реформ, которые вот уже пятнадцать лет беспрерывно продолжают бомбить Россию. Разрушения и жертвы — как на войне, запущенные поля и оставленные в спешке территории — как при отступлении, нищета и беспризорничество, бандитизм и произвол — как при чужеземцах.
Что такое оккупация? Это устройство чужого порядка на занятой противником территории. Отвечает ли нынешнее положение России этому условию? Еще как! Чужие способы управления и хозяйствования, вывоз национальных богатств, коренное население на положении людей третьего сорта, чужая культура и чужое образование, чужие песни и нравы, чужие законы и праздники, чужие голоса в средствах информации, чужая любовь и чужая архитектура городов и поселков — все почти чужое, и если что позволяется свое, то в скудных нормах оккупационного режима».
Мы в ходе обсуждения заявленной темы высказали много верных мыслей, но главный вывод один: наша Родина находится под пятой оккупантов. Отсюда проистекают все наши беды: от катастрофического вымирания народа до проблем унизительного геополитического положения России. Ближайшим шагом оккупантов станет развал страны с дроблением её на легко поглощаемые мощными державами кусочки. К сожалению, наш народ до сих пор не видит ни уже осуществившейся оккупации, ни ближайшей перспективы её расчленения. Вопрос стоит уже о жизни и смерти Державы: успеют ли граждане России очнуться от двадцатипятилетнего периода дурмана и дрёмы или оккупанты прежде успеют разрушить страну?
 
«Патриот Приангарья»
Материал взят с сайта КПРФ Иркутск