Метафизический смысл Русской весны

Второй годовщине народного восстания

 Небольшие, часто обречённые на тактическое поражение на практике, но сплоченные идейно общности, способны менять ход мировой истории в будущем. Истоком христианского мира были катакомбные общины, коммунистический проект вырос из существовавшей пару с небольшим месяцев парижской коммуны, а господствующий в современном мире либерализм был рождён на небольшом народном сходе в Афинах. Взгляд на мир, сформулированный внутри сплочённого, локально сгруппировавшегося, коллектива способен стать модусом существования многих поколений в масштабах континента. Сможем ли мы, русские ХХI века, отыскать такой живородящий исток в толще страниц собственной истории? Где та искра, что светит нам в кромешной тьме всеобщего нигилизма, но из которой непременно возгорится пламя новой русской реальности?

Человек Традиции видит в каждом предмете знак, а не вещь. Вещь – это объект, лишенный смысла. Для человека Традиции всё вокруг осмысленно и всё вокруг ценно. Он ценит культуру, но не как предмет восхищения, но как Грааль, из которого он пьёт вечность, соединяя воедино память о великом прошлом и думы о пугающем воображение будущим. История, насыщенная героическим мифом, - это не повод для гордости, но повод научиться заниматься политикой. История – это повод выковать из биомассы нацию в самом высоком смысле этого слова. Найдётся ли в нашей истории более высокое качество общности, чем народное ополчение?

Солдат, защищающий горизонты Империи – это неизбежное сословное явление, т.к. любое государство – это, во многом, именно воинская структура. Ополченец, в свою очередь, – это максима национального мифа. Государство гарантирует своим солдатам высокий социальный статус, хоть и не всегда исполняет обещания. За спиной ополчения нет непреложных матричных истин. Ополченец – это человек доброй воли. Он – это жертвенник алтаря богини Победы. Солдат исполняет волю нации согласно воинской присяге, ополченец – это и есть воля нации.

Целью Русской весны было формирование ополчения в его онтологическом виде. У русской весны были и другие цели. Например, - геополитические. По воле Системы именно на них было заострено основное внимание биомассы. Символично, что Русская весна не достигла своих геополитических целей, но достигла целей метафизических. Она сформировала субъекта, потенциально способного для продолжения русского исторического творчества. Ополченец – это активный русский идентарист, обладающий опытом существования в условиях боевых действий с сопутствующими этому дисциплиной и аскетикой. Ополчение – это единственно возможная матрица будущей русской нации. Блистательной и безупречной. Это её казарма, её духовный орден, её идеология.

Русский ополченец призван прекратить трагическое настоящее, в котором пребывает Русский мир. Но он может и оступиться, совершить грандиозную историческую ошибку, вписавшись в манящий его ложными прелестями энтропийный ландшафт современного мира, вместо того, чтобы объявить ему тотальную мобилизацию и тотальную войну. Он может пасть с духовных высот до правосознания криминальных разборок, «отжимов» и обустройства быта на не отвоеванной ещё земле. Если всё станет именно так, то восторжествует зло вселенского масштаба. Ставки слишком высоки. Но у народного ополчения нет права отступить.

Отбоя не было. Русский ополченец очень скоро вернётся, чтобы спросить своё.

Вернётся, чтобы мстить!

 

 Михаил Учитель